Вечная проблема
Воспринимая нечто извне или ощущая жизнь стихий внутри себя, первое, что мы имеем - это переживание. Чистое переживание длится мгновение или чуть дольше, а далее мы пытаемся понять что же стоит на пороге сознания. Облечем ли мы первичный материал восприятия в слова, образы или символы - не суть важно. Важно, что пытаясь понять воспринятое, мы тем самым искажаем его. Думаю не будет большим преувеличением сказать, что интерпретация убивает переживание. Когда есть оформленное мнение о пережитом, знание о нем, тогда нет самого переживания. Можем ли мы что-то сказать об источнике переживания, о его природе и сущности? Можем ли мы хотя бы приблизительно говорить о том, что стоит за ним, какие силы его порождают?

Пусть наше знание о пережитом лишь фрагментарно, пусть наша мысль или наш язык неполно отражают гамму пережитого, но, возможно, есть шанс по усеченному отображению реконструировать картинку хотя бы в основных чертах.

Стремление прийти к истокам осложняется еще одним обстоятельством. Естественно предположить, что переживание уже само по себе является интерпретацией. Наши чувства интерпретировали, выразили на своем языке что-то, вернее результат взаимодействия с чем-то или результат проявления чего-то. Пытаясь ухватить это что-то, мы не можем сделать более, нежели обнять пустоту. А если еще вспомнить о бесконечности интерпретаций, то любые усилия по поиску истины превращаются в Сизифов труд.